?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

УПА и Красная Армия

Originally posted by volnodum at УПА и Красная Армия
http://storage1b.censor.net.ua/images/f/c/e/c/fceccb3ea5e2eea62dcf4e1c91766a68/original.jpg


Эта глава из книги Сергея Ткаченко "УПА: тактика борьбы" способна сильно порвать стереотипы и шаблоны как сторонникам "казенно-патриотической", "государственной", "официозной" версии Второй Мировой Войны, так и неугомонным борцам с "культом великой победы", оплевывающим подвиги русских людей, воевавших в Красной Армии против нацизма.
В ней рассказывается о том, как вели себя воины Красной Армии на территории Западной Украины во время войны и сразу после нее, когда их пытались использовать в борьбе с украинским национально-освободительным движением, и о том, какие на самом деле были отношения между УПА и красноармейцами.
Рекомендуется к прочтению всем, кто привык думать своей головой, и изучать историю на основе независимых источников, а не пропагандистских почеркушек.

******

Объектом пристального внимания пропагандистов УПА — ОУН являлись военнослужащие новых частей Красной Армии, сформированных в 1944 г. из мобилизованного украинского населения, а также раненые бойцы и командиры. Среди них были распространены листовки с обращением УПА к «Раненому бойцу. Дорогой брат!» (1944 г.), в которых приводились факты бесполезной гибели и ранений бойцов-украинцев на фронте, а также разъяснялась политика сталинского режима по отношению к недавно мобилизованным украинцам. Завершались эти листовки, как и другие печатные издания, призывом вступать в УПА. Эффективность воздействия на подобные социальные группы была довольно высокой. В 1944–45 гг. отмечалось множество случаев дезертирства и сдачи в плен молодых военнослужащих Красной Армии, особенно во время нахождения советско-германского фронта на территории Западной Украины и Польши.

После окончания войны с Германией советское правительство решило использовать против УПА войска Красной Армии. Поэтому 1, 2 и 3-й Украинские фронты двигались назад в СССР по западно-украинским землям таким образом, чтобы их путь проходил через районы, охваченные движением сопротивления. В течение июля — сентября 1945 г. через эти районы проходили части всех родов войск. Квартировали они по селам и городам, занимая до 90% населенных пунктов.

Эту ситуацию использовал в своих интересах аппарат психологической войны ОУН — УПА. Так же, как и во время наступления Красной Армии на запад в 1944 г., вдоль всех основных дорог, по которым шли войска, их сопровождали повстанческие призывы и лозунга, развешанные на придорожных деревьях, телеграфных столбах, поручнях мостов, стенах домов и на колокольнях. Ночью листовки подбрасывались в места постоя военнослужащих, они оказывались в карманах офицеров и солдат, в их вещмешках, письмах, газетах и книгах. Не случайно несколько позже член военного совета Прикарпатского военного округа генерал-майор Новиков выдвинул первоочередной задачей «повышение революционной бдительности». Он подчеркнул, что «нельзя ни на минуту забывать, что наш округ является приграничным, что ряд воинских частей размещен в областях Западной Украины, где продолжают действовать немецко-украинские националисты» (газета Прикарпатского округа «Сталинское пламя» от 21 августа 1946 г.).

Пропагандистская машина ОУН — УПА стремилась доказать красноармейцам, что «их победа, купленная ценой жизни миллионов солдат и офицеров, не дала ничего народам СССР, трудящимся массам, отдельному советскому человеку, а наоборот, дала еще больший гнет со стороны сталинских вельмож» (из листовки УПА, 1945 г.). Во многих листовках и других печатных изданиях УПА — ОУН отчетливо звучали призывы к свержению сталинского режима силами победившей Красной Армии и просьбы не выступать против «освободительного движения любых угнетенных народов» (листовки «Красноармейцы и командиры» на украинском и русском языках, 1945 г.).

Важную роль играла контрпропаганда. Ведь усилиями политработников Красной Армии «бандеровцы» представлялись в самом негативном свете. Поэтому выпускались специальные листовки (например, «Товарищи русские красноармейцы и командиры!») и маленькие листовки-призывы (например, такие: «Бойцы и командиры Красной Армии! Не выступайте против нас, ибо мы против вас не выступаем! Помогите нам оружием, амуницией, разведкой, информацией! Да здравствует союз революционной антисталинской УПА с революционной Красной Армией!»).

Согласно инструкции Главного осередка пропаганды УПА от 20 августа 1945 г., пропаганду среди красноармейцев следовало вести не только с помощью печатных средств. Инструкция рекомендовала украинским повстанцам и подпольщикам проводить личные беседы с красноармейцами и четко указывала, как и в каком направлении надо информировать собеседников. А еще перед приходом Красной Армии на территории действий УПА в повстанческих отделах появилась инструкция «О чем красноармейцы должны у нас узнать?». Пропагандисты УПА и подполья распространяли эту инструкцию и среди местного населения, делая необходимые разъяснения.

Согласно обеим инструкциям, требовалось убеждать красноармейцев в том, что:

— долгий мир на земле невозможен, если существуют угнетенные народы;

— трудящиеся массы не получили свободы с разгромом Гитлера, так как существует еще диктатор Сталин;

— кровавые войны и дальше угрожают человечеству, ибо в мире накапливаются новые противоречия между империалистами, нет справедливости и т.п.;

— жизнь тяжела, несмотря на победу над Германией: тяжело жить в городе и селе, нечего есть, высокие налоги и займы, заготовки, каторжная работа на фабриках, недостаток одежды и ткани;

— все изменится, если власть возьмут в свои руки трудовые массы; только тогда наступит мир, порядок, справедливость.

Инструкции запрещали вступать в диспуты религиозного характера, разве что подпольщик был хорошо подготовлен к ним. Следовало пропагандировать религиозную свободу; ни в коем случае не насмехаться над особенностями советского быта, советских порядков и не хвалить прошедших «старых добрых» времен царской, а, тем более, польской или немецкой власти.

Самое интересное то, что психолого-пропагандистское воздействие УПА — ОУН на бойцов Красной Армии давало поразительные результаты. Именно оно помогало широким массам красноармейцев ясно увидеть настоящие цели борьбы УПА и формировало у них позитивное отношение к украинским повстанцам. Всего через несколько дней пребывания воинских частей на территории действий УПА красноармейцы уже знали, что «повстанцы не стреляют в бойцов, а борются только с ненавистными НКВД и НКГБ и всякими «тыловыми крысами».

В этот период с целью получения разведывательных данных повстанцы захватывали в плен многих военнослужащих Красной Армии. Вместе с тем широко применялся и обратный отпуск (солдат РККА предварительно кормили и снабжали пропагандистской литературой). Кстати, в УПА существовала инструкция ГК УПА по делам пленных (первая редакция от 5 августа 1944 г., вторая от 26 июня 1946 г.), согласно которой всем отделам УПА и СКВ, спецотделам и боевкам СБ, вообще всему подполью вменялось в обязанность «максимум понимания, разума и такта» в поведении с пленными. Все повстанцы должны были внимательно относиться к ним, «перевязать раненым раны», успокоить в дружеском разговоре, дать поесть, провести допрос в цивилизованных формах, передать подпольным властям на заслушивание; после чего тех пленных, вина которых перед украинским народом не доказана, требовалось немедленно освобождать.

В отчетах УПА и подполья, в протоколах о блокадах, в подпольных изданиях содержатся многочисленные сведения о случаях отказа подразделений Красной Армии воевать против УПА. Если же их к этому принуждали, то солдаты воевали так, чтобы не причинить вреда повстанцам. Известны случаи, когда подразделения Красной Армии специально оставляли в селах амуницию.

Кроме того, есть сведения о вооруженных столкновениях красноармейцев с бойцами частей НКВД на почве отношения к УПА. Необходимо отметить, что в дивизиях украинских фронтов было значительное количество украинцев. Всего из примерно 900 дивизий РККА периода Второй мировой войны в 60 дивизиях (54 стрелковых, 2 кавалерийских, 3 танковых и мотострелковых, одной артиллерийской) подавляющее большинство личного состава составляли украинцы. Благодаря этому, «зерна» пропаганды повстанцев падали в благоприятную почву.

Например, одной из первых частей Красной Армии, принявшей участие в облавах и акциях против УПА, была 271-я стрелковая дивизия. Ее задействовали 15 мая 1945 г. на Гуцульщине, акцией руководил полковник НКГБ Щербина, а командир дивизии подчинялся его приказам. Чекисты во время этой акции в целях устрашения совершали расстрелы мирных жителей. В то же время подразделения 271-й дивизии вели себя корректно и всячески избегали боевых столкновений с повстанцами. В селе Черные Ославы комдив освободил 80 арестованных, при этом красноармейцы затеяли драку с чекистами.

30 августа 1945 г. застава сотни им. Богуна обстреляла колонну красноармейцев в селе Петриловка на Товмаччине. Бойцы Красной Армии заняли оборону и выслали парламентария в повстанческий отдел с требованием оставить село (в нем планировался постой воинской части). Повстанцы, не вступая в бой, оставили село. На следующий день войсковая часть ушла дальше; она не провела в Петриловке ни обысков, ни арестов, а отношение рядовых бойцов и командиров к населению было уважительным и спокойным.

Советский летчик Пирогов, перебежавший на Запад, в своих мемуарах тоже рассказывает, как офицеры авиации протестовали в 1947–48 гг. против использования их в облавах на УПА. А если в них и приходилось принимать участие, то оно было только пассивным.

Иногда происходили прямые встречи повстанце» и красноармейцев, во время которых УПА всячески стремилась воздействовать на бойцов Красной Армии. Так, с 20 по 23 июля 1945 г. в селе Подпечары на Станиславовщине квартировали практически рядом повстанцы из отдела «Звоны» и красноармейцы. Друг друга они не трогали, только вели взаимное наблюдение. Кроме того, повстанцы подбросили в те хаты, где стояли красноармейцы, подпольнуй литературу.

Известны случаи непосредственной помощи повстанцам. Например, 9 августа 1945 г. взвод красноармейцев вышел возле села Невоган на повстанцев. Завязался разговор. Красноармейцы сообщили воинам УПА сведения о размещении спецотделов НКВД и пожелали, чтобы украинцы «били тех сволочей». Побеседовав, «враги» мирно разошлись.

Случаи перехода красноармейцев в УПА также были, но в тот момент ГК УПА их не приветствовало. Во-первых, в УПА происходила реорганизация с целью приспособления отделов к новым условиям партизанской борьбы. Во-вторых, велика была опасность проникновения в повстанческие отделы вражеских агентов и провокаторов. Поэтому перебежчиков отсылали назад.

Так, 17 августа 1945 г. с постоя в селе Рогозное сбежали казаки, искавшие связи с УПА. Но в отдел их не приняли: после беседы отправили назад. Казаки все же не вернулись, а ушли в Карпаты, их дальнейшая судьба неизвестна. Подобный случай в это же время произошел на Волыни. Там 50 бойцов из 102-й стрелковой дивизии искали убежища УПА в лесу, но командир Дубовой всех их отослал назад.

Конкретные факты свидетельствуют о неплохих результатах психолого-пропагандистского воздействия на красноармейцев с целью деморализации частей Красной Армии. Например, в октябре 1945 г. командир одной из частей РККА поучал своих бойцов, идущих в засаду: «Если увидите повстанцев, а они на вас не нападают, не стреляйте в них, так как они фронтовиков не трогают. Стрелять надо только тогда, если они на вас нападут». Увы, потом этот командир попал в лапы контрразведки СМЕРШ — ее осведомители были повсюду.

То обстоятельство, что повстанцы не трогали «фронтовиков», еще долго служило им добрую службу. Например, 28 июля 1946 г., во время облавы НКВД совместно с частям» Красной Армии на лес в Стрилковском районе Дрогобычской области, повстанцы под натиском превосходящих сил противника отходили через село Нанчилка. Рядом с селом проезжал отряд красноармейцев-кавалеристов. Командование НКВД надеялось, что конная рота атакует повстанцев, но те не сделали ни одного выстрела, объяснив это тем, что с повстанцами они не воюют.

И в дальнейших облавах красноармейцы стремились не трогать воинов УПА, сохраняли по отношению к ним дружественный нейтралитет. Так, в конце августа 1946 г. бойцы Красной Армии отпустили взятых в плен 12 повстанцев из сотни командира Ясмина, которая оперировала на Рогатинщине. При этом им оставили оружие. А во время облавы в Скольщине (возле села Плавье) 22–25 августа 1946 г. красноармейцы-фронтовики своим громким смехом и перекличками в лесу, а также стрельбой в воздух больше вредили облаве, чем помогали.

Таким образом, перед властью встала серьезная проблема — что делать с Красной Армией в западно-украинских областях? В акциях против УПА она явно демонстрировала свою небоеспособность. Этому во многом способствовали психолого-пропагандистские мероприятия ОУН и УПА, направленные на солдат-фронтовиков. В итоге власти решили уволить в запас десять старших призывов. Их заменили молодыми солдатами, не участвовавшими в войне с немцами. А те дивизии, где большинство личного состава представляли украинцы, перебросили на Дальний Восток для оккупации Маньчжурии. В конце 1945 г. фронтовые дивизии РККА вообще оставили западно-украинские земли, вместо них туда прибыли из Сибири и Центральной России дивизии войск НКВД, которые впоследствии и воевали с УПА.

Демобилизованных из Красной Армии украинцев советские власти стремились использовать для пополнения местных истребительных батальонов. Но этот шаг был отслежен ГОП и ГК УПА. В расчете на данный контингент была проведена разовая акция: распространение листовок и другой пропагандистской литературы (например, листовки «К демобилизованным воинам Красной Армии!», декабрь 1945 г.). Последующие события показали, что эта работа дала положительные результаты, попытка привлечь демобилизованных бойцов к борьбе с УПА провалилась.

Кроме психологической войны с Красной Армией, проводились разовые акции и против советских партизан. Понятно, что они осуществлялись в 1942–44 гг. и сводились, как правило, к пропагандистскому воздействию печатными средствами (например, листовка-обращение ГК УПА к советским партизанам «Красные партизаны!», октябрь 1943 г.). УПА — Полесская Сечь (позже Украинская Народная Революционная Армия) психологических операций против советских партизан не проводила. Она ограничивалась печатными и изобразительными средствами (листовки, лозунги, газета УНРА «Оборона Украины»), иногда — индивидуальными беседами. В основном же командование УПА — ПС предпочитало применять силу.

Таким образом, характерной особенностью противостояния Красной Армии и УПА в 1944–45 гг. стало развертывание Пропагандистской деятельности ОУН — УПА среди военнослужащих Красной Армии. Эта работа рассматривалась украинскими повстанцами и подпольщиками как «особый вид борьбы» (из «Основных указаний по пропагандистской работе членов революционно-освободительной ОУН в рядах Красной Армии», 1944 г.).


Сергей Ткаченко "Психологическая война ОУН-УПА"



PS. Примирение бойцов УПА и фронтовиков РККА в Украине.




Еще в 1993 году Союз офицеров организовал встречу воинов УПА и Красной армии на теплоходе на Днепре. По словам Билоуса, эта первая встреча не привела к каким-то глобальным пониманиям, но это был очень важный исторический шаг. Были и другие совместные мероприятия. Сейчас в УНИАН за одним столом снова встретились ветеран УПА Василий Кирилюк и ветеран Советской армии Григорий Чепкий. Перед началом пресс-конференции крепко пожали друг другу руку, сели рядом.

- Основой благосостояния любого государства является ее внутренний покой, то есть взаимопонимание, взаимоуважение и взаимопомощь, - говорит Григорий Чепкий. - Что есть у нас - только раздор. Какая группа организует этот раздор - сейчас уже не будем вести речь... Я на фронте был три года, воевал всюду, кроме Западной Украины. Что я слышал о ней? Коммунистическую пропаганду, что там все такие плохие, они убивают детей. Нужно сказать, что западные украинцы, в отличие от украинцев, которые воевали с этой стороны, были набожные люди, они не могли убивать детей. Хотя детей убивали, те же коммунистические агенты, которые потом спихивали это на воинов УПА и других формирований. Воины УПА такие же воины, как и мы, и нужно ставить вопрос о том, чтобы признать их не просто воюющей стороной, а воюющей на стороне Украины. Они боролись за Украину, возможно, еще больше за Украину, чем мы.

Ветеран УПА Василий Кирилюк внимательно слушает товарища. Говорит, все цивилизованные государства нашли общий язык, и украинцы должны помириться.

- До прихода Советской армии нам было сказано: не вступать в бои с регулярными частями, - рассказывает бывший воин УПА. - У нас была возможность захватить фронтовиков. Нам необходимо было оружие, патроны, мы только тем и жили, что где-то это достанем. Но мы их обошли и ни разу не стрельнули, потому что они исполняли священную роль по защите своей Родины. А вот с энкаведистами было иначе...

Полностью здесь

Profile

Sir Humphrey
atytarenko
atytarenko

Latest Month

May 2017
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Paulina Bozek